Оскар Уайльд
Очевидно, они жалкие материалисты, совершенно неспособные оценить символический смысл сверхчувственных явлений.
Оскар Уайльд
Ирландский поэт Викторианского периода
Юлия Самойлова

Служба безопасности Украины подготовила документ о запрете на въезд в страну участнице Евровидения от России Юлии Самойловой, заявил глава ведомства Василий Грицак.

Михаил Куснирович

У Олимпийского комитета России сменился лицензиат. Вместо Bosco Михаила Куснировича экипировку для олимпийцев будет производить компания ZA Sport.

Румынская "движуха"

Правительственные законопроекты об амнистии и изменениях в уголовном кодексе страны за последние сутки привели к расширению географии протестных акций и настоящему политическому кризису в Румынии.

Постпред РФ при ООН заявил, что рассуждать о судьбе Крыма представители Соединенного Королевства могут только после возвращения Фолклендских островов, Гибралтара, части Кипра и архипелага Чагос.

В недалеком будущем человеческий мозг может стать богатым источником информации для рекламодателей, спецслужб, хакеров или любой другой заинтересованной стороны.

Марин ле Пен

Финансовый скандал на руку не только Марин Ле Пен, но и экс-министру экономики Эммануэлю Макрону, представляющему центристов. В декабре и январе сейчас Макрон , похоже, имеет прекрасные шансы выйти на второе место.

Жириновский призвал к немедленной отставке Лужкова

Дмитрий Ефимов: Террор в год Красного петуха

Красный петух - символ 2017 года

Несмотря на рост террористических проявлений в мире, работа силовых структур в составе Национального антитеррористического комитета в этом году была эффективной. Такой же она ожидается и в наступающем 2017 году

Словосочетание «пустить красного петуха» на Руси всегда означало поджог, такой исторический прототип теракта. Что принесет с собой год, отмеченный символом огненной птицы по китайскому календарю? Скорее всего, он будет характеризоваться усилением террористической активности джааматов (ячеек) ИГИЛ (организация запрещена в РФ) на фоне активного противодействия ей со стороны набравшихся опыта и навыков традиционно противостоящих бандитам спецслужб и присоединившейся к ним в этом году Росгвардии, объединенных под знаменем Национального антитеррористического комитета России (НАК).

Его успехи в нынешнем году впечатляют. До 23 декабря не было допущено ни одного террористического акта в крупных российских городах или на ключевых объектах инфраструктуры. По словам председателя НАК и директора ФСБ России Александра Бортникова, в этом году было предотвращено 42 крупных террористических акта. Другие акции, в отличие от событий 2015 года, совершались только на Северном Кавказе, а их исполнители практически сразу уничтожались. Часто это проходило на фоне введения режима контртеррористической операции (КТО).

Вот очень небольшой список вовремя ликвидированных угроз 2016 года.

   - 15 декабря в ходе спецоперации ликвидирована ячейка ИГИЛ в Самаре. На конспиративной квартире обезврежено подготовленное взрывное устройство.
   - 7 декабря стало известно о задержании в Москве и Подмосковье 25 человек, готовящих туристические акты на Новый Год.
   - 12 ноября, за день до годовщины парижских терактов 2015 года в Москве и Санкт-Петербурге были задержаны соответственно трое и семеро человек. В городе на Неве они собирались взорвать два торговых центра. Такие же намерения были по Москве.
   - 22 октября в Нижнем Новгороде была проведена спецоперация по нейтрализации террористов готовящих теракт с использованием заминированного автомобиля.
   - 18 августа в Самаре факту подготовки диверсионно-террористического акта был задержан его организатор.
   - 8 апреля в Волгоградской области пресечена деятельность группировки «Палласовский джамаат», готовившей теракт в административном центре и вербовавшей местных жителей в ряды ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ). В ее составе было 5 человек.
   - 8 февраля в Екатеринбурге были задержаны террористы, готовящие взрывы в Москве, Санкт-Петербурге и Свердловской области.

Эти события объединяет то, что в каждом из них среди фигурантов — местных элементов, принимали участие мигранты из стран СНГ (Киргизии, Узбекистана, Молдавии, Таджикистана), а также лица, прошедшие войну на стороне ИГИЛ в Сирии и Ираке. Все они являются приверженцами «всемирного халифата». И ни один из них прямо не подчинялся «Имарату Кавказ» — основной террористической организации нашей страны с 2010 года. С одной стороны это свидетельствует, что его деятельность в этом году была скована спецслужбами и МВД, а основные силы боевиков выдавлены в предгорную «зеленку». Они «думали» только в региональном направлении и спускались с гор только на явочные и конспиративные квартиры и дома.

С другой стороны 2016 год характеризовался обострением «нездоровой конкуренции» в среде салафитских боевиков. «Пришлые», прошедшие Сирию, пытались перехватить управление у местных кадров, и во многих случая это удалось.Этот процесс, несомненно, продолжится в будущем году, причем вполне возможно, что в ряде случаев произойдут даже вооруженные «разборки».

Этот момент сейчас особо актуален для террористов в Дагестане.

3 декабря в ходе спецоперации у села Талки был ликвидирован Абу Мухаммад (Рустам Асельдеров), главарь «Вилаята Кавказ», созданного на основе «Имарата Кавказ». Его боевики 21 июня 2015 года лично присягнули через YouTube лидеру «Исламского государства» Абу-Бакру аль Багдади. На то время структурными подразделениями «Имарата Кавказ» являлись вилаяты Дагестана, Нохчийчоь (Ичкерии — Чечне), Галгайче (Ингушетии) и Кабарды, Балкарии и Карачая. В ближайшее время, несколько месяцев, на наш Северный Кавказ после взятия Алеппо и будущего падения Мосула хлынут боевики из числа бывших граждан СНГ. Их проникновение в Дагестан будет осуществляться, в основном, через границу с Грузией. Они будут делить там власть. Еще одним направлением трафика возвращения боевиков станет украинское направление с концентрацией в районе Херсона и Мариуполя. Число боевиков, которые могут осесть в бывших республиках Советского Союза, составляет порядка 7000 человек.

Именно их потенциальная деятельность оценивается как главная угроза Российской Федерации в 2017 году. Вернувшиеся боевики начнут борьбу за лидерство в местных джааматах ИГИЛ, которых явно не хватит на всех. С целью создания собственных ячеек они «расползутся» по территории России, в том числе по стратегически важным объектам: городам газовиков и нефтяников в Сибири, моногородам у АЭС, а также по нестабильным с разных точек зрения регионам. Среди них можно назвать Поволжье, Татарстан, Башкирию, Удмуртию, Свердловскую область, Новосибирскую область, Хабаровский край и Приморье. В каждом из них боевики попробуют найти свою «экологическую» нишу. Про города федерального подчинения: Москву, Сочи и Санкт-Петербург с Севастополем можно даже не говорить. А ведь лидерство в среде боевиков ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) связано непосредственно с подготовкой и проведением террористических актов, поэтому оперативная обстановка в 2017 году будет только осложняться. Радует только одно: в настоящее время РФ обладает в лице Росгвардии уникальным подготовленным и мобильным инструментом в виде сил специального назначения, прошедших боевое слаживание. Они могут решить проблему террора даже при увеличении его проявления на порядок. Особенно при оперативной поддержке ФСБ и МВД России.

Особое опасение вызывает то, что некоторые террористические группы стали формироваться иностранным специальными службами на территории других государств. По задумке, их будущая террористическая деятельность должна влиться в гибридную войну, ведущуюся против нашей страны. Так, есть информация об активной работе с «Хизб ут-Тахрир» (организация, деятельность которой запрещена в РФ), через «Меджлис» крымских татар со стороны СБУ и ГУР СВУ.

В течение 2016 года произошла концентрация мирового терроризма вокруг идеологии радикального салафизма. Все другие, «местные» террористические организации, часто носящие националистический или этнический характер, как-то «съёживались» перед тотальным наступлением исламского государства [1], которое «прихватизировало» термин «справедливость». Отступили в стороны даже шиитские радикальные группировки, а «Хезбалла» вообще присоединилась к контртеррористической операции в на Ближнем Востоке. Былые акции «Братьев-мусульман» в Египте, ХАМАС в Ливане и Израиле, ВИГ в Судане даже рядом не стоят со зверствами игиловцев. Это основной тренд, который будет определяющим в будущем году.

В связи с этим в 2017 году можно предположить существенные изменения в едином федеральном списке террористических организаций. Он был создан в 2003 году и актуален на 25 октября 2016 года, в него включены 26 экстремистских групп, в том числе иностранных и международных. При этом, крайний год привнес в этот список только одно дополнение: решением Верховного Суда Российской Федерации от 20.09.2016 № АКПИ 16−915С в него была кооптирована «Аум Сенрике». Каким-то образом с 90-х годов эта японская организация умело просачивалась «между строчек». К утратившим потенциальную опасность организациям можно уже сейчас отнести ранее активно действовавшие на Северном Кавказе «Шуру моджахедов Кавказа» и «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана». Их остатки теперь вошли в костяк «Имарата Кавказ», о судьбе которого говорилось выше.

Другой важный тренд 2016 года — это оформление мирового исламского террористического фронта как сетевого движения. Причем слово «сеть» в данном случае подразумевает оба своих современных значения: как принцип построения организации и как среда распространения идеологии, координации и финансирования деятельности через сеть Интернет. Но есть еще одно традиционное значение этого слова: словно сетью ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) вылавливает, забирает для себя все другие, мелкие группировки, те же «Боку Харам» в Нигерии или «Мауте» на Филипинах, а также души отдельных неофитов.

В этом году в Западной Европе салафитский терроризм сформировал новый эгрегор, подменяющий в сознании европейцев утратившие актуальность традиционные, в том числе христианские, протестантские и католические ценности. Нормальное стремление молодежи к справедливости им конвертируется в ваххабитский принцип «дозволен тот, кто не с нами», при этом любой, разделяющий идею построения всемирного халифата и веру в Аллаха, милостивого и справедливого — брат, а любой несогласный подлежит уничтожению. Трагическая история прошлого века с перманентной революцией повторяется, только теперь на смену коммунистической идеи идет псевдо-религиозная ересь, не имеющая ничего общего с классическим Исламом.

Левацкие идеи больше не интересны евромолодежи. Она находит себя в Исламе, а в силу крайне низкого образования, принимает за него слова и фетвы псевдо-имамов, которые проповедуют в молельных домах. Это еще одна серьезная тенденция прошедшего года: в Европе и России резко возросло число молельных домов, которые неподконтрольны традиционному Исламу и являются основой для вербовочной сети ИГИЛ. Отдельно следует отметить «перехват» представителями радикального ислама контроля за кафе при мечети по бизнесу. А в этих местах правоверные мусульмане собираются на чай и кофе после намаза. Поэтому именно кафе активно используются вербовщиками ваххабитов.

В России наиболее показательным в 2016 году стал финал «захвата сознания» бывшей студентки филфака МГУ Варвары Карауловой, активную разработку которой вербовщики ИГИЛ вели с 2013 года. Под воздействием агитации в социальных сетях она предприняла две попытки выехать в Сирию и присоединиться к боевикам. Не помогла и психиатрическая больница им. Александрова, в которой девушка проходила реабилитацию по настоянию органов ФСБ после первого случая в 2015 году. В последний раз, она даже изменила имя на Александру Иванову и получила на него загранпаспорт, что позволило органам следствия инкриминировать ей замысел преступления, задержать и поместить в СИЗО. На суде 19-ти летняя девушка оправдывалась пубертатным подростковым периодом, который у нее почему-то задержался. 22 декабря 2016 года ее признали виновной и приговорил к 4,6 годам заключения. Этот пример показывает, как на вооружение террористов попадает методика направленного информационно-психологического воздействия. Оно становится одним из главных орудий современного терроризма. В 2017 году можно только ждать его совершенствования.

Трендом этого года в организации связи стали закрытые группы и каналы в FaceBook и Telegram, через которые общаются, объявляют цели, мотивируются и мобилизуются на массовые мероприятия или теракции члены джааматов ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) в Европе, России, Америке и на «территории халифата» в Сирии и Ираке, а также сочувствующие им лица. Через них закрепляется и принадлежность к этой организации. Делается это в «заявительном» порядке. Стабильное финансирование получают только отряды наемников непосредственно в Ираке и Сирии, а европейские активисты, семьи смертников, получают деньги только после совершения акции. Случаи оплаты вперед крайне редки и идут только неоднократно проверенным кровью «неверных» боевикам.

После успехов ВКС МО РФ в Сирии ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) лишилась такого важно источника финансирования, как продажа нефти через турецкие порты с помощью фирм-прокладок с «островной» регистрацией в Западную Европу по демпинговым ценам. Собираемая дань (закят — десятина и джезья — налог на неверных) с бизнеса в Европе, России и территории «халифата» не покрывает всех потребностей разросшейся организации. Остаются Фонды, прежде всего Катара и КСА, которые концентрируют денежные средства «благотворительных» мировых организаций США, Великобритании, Германии, Франции, других стран и переправляют их «по назначению». Для закупки и доставки вооружений, ведения информационной войны, финансирования «зарубежных» партнеров и вилаятов.

Здесь просто необходимо выделить направление контртеррористической работы по линии Росфинмониторинга. Еще в 2015 году им была презентована «матрица индикаторов», разработанная с целью повышения качества работы организаций в направлении идентификации рисков финансирования терроризма. Предложенный финансовой разведкой подход подразумевал систематизацию идентификаторов по направлениям: процессы, связанные с формированием радикальной идеологии (центры радикальной пропаганды, вербовщики, неформальные группы, НКО, религиозные центры и т.д.), непосредственно террористы (действующие и вернувшиеся) и их окружение, экономика спонсорства терроризма (легальная и теневая — торговля нефтью, оружием, похищение людей и т.д.). Профиль сомнительной транзакции, предложенный финансовой разведкой, содержал четкие критерии определения степени «подозрительности» клиента с учетом географии и используемых платежных инструментов. 2016 год поддержал эту работу на законодательному уровне, а следующий, несомненно, принесет конкретную реализацию.

Последним моментом, который бы хотелось отметить как устойчивую тенденцию будущего года — это мифологизация, даже демонизация личности главы ИГИЛ Абу-Бакра аль-Багдади. Его фигура постепенно становится мистическим символом для мирового терроризма. Несмотря на много численные сообщения о его ликвидации, он уже готов сравняться по «выживаемости» с самим Усамой бен-Ладеном. 16 декабря 2016 года Госдеп США объявил новый «ценник» за информацию о местонахождении главаря ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ). Теперь его голова «стоит» $25 миллионов: http://www.state.gov/r/pa/prs/ps/2016/12/265708.htm. Это, скорее всего, не принесет реального успеха, ведь на Ближнем Востоке и предыдущие $10 считались «запредельной» суммой, однако послужит продолжению формирования образа «главного врага цивилизованного мира». Тем более, что жить без врага этот мир не может, а фигура Путина на фоне победы Трампа и «российских хакеров» в 2017 году уже перестает быть универсальным «жупелом».

[1] ИГИЛ состоит из 35 провинций, вилаятов. Они расположены в разных странах, но большая часть из них, 19 вилаятов, находится в Сирии и Ираке. Это провинции: Багдад, Аль-Анбар, Салах Ад-Дин, Север Багдада, Диял, Аль-Джануб (юг), Найнава, Киркук, Диджла (р. Тигр), Аль-Джазира, Аль-Барака, Аль-Хайр, Ракка, Дамаск, Алеппо, Хомс, Хама, Аль-Фурат (Евфрат).

Дмитрий Ефимов