Совещание с Воландом. Сказка от 09.02.2021

Сказка дипломата советской школы Сергея Аксенова про совещание в МИДе с участием системообразующих личностей, которым был дарован покой. Ну и с тем, кто его даровал, конечно. Пытчивым знатокам венской конвенции посвящается.

Три МГИМОвца, три веселых друга. О чем говорят дипломаты

«Гляньте, гвардейцы, у нас вся рота шагает не в ногу. Один поручик молодец - в ногу идет».

Лейб-гвардии Преображенский полк, конец XIX в.

Ясным февральским вечером, когда багряное солнце валилось вниз, за крыши московских дворов, в МИДовской высотке, на самой верхотуре, за круглым столом, сервированным немудреной закуской, сидели три дипломата.

Двое - при параде, в форме со многими звездами и золотым шитьем, третий - в пиджачке с обтрепанными рукавами, который, однако, был обильно увешан орденами, медалями и почетными знаками, на которых явственно просматривались щит и меч.

Налили по первой - не чокаясь, за всех ушедших друзей и соратников. Налили по второй - за державу и дипслужбу. Налили по третьей - за государя. И здесь тот, который в потрепанном пиджачке, как-то поперхнулся огненной водой. А поскольку он закончил МГИМО раньше всех, те двое, что с золотым шитьем да галунами, встали и дружно хряпнули его по спине. Он откашлялся.

Как только закончился кашель, солнце окончательно провалилось за горизонт, скрипнула входная дверь и на пороге нарисовалась веселая троица: Молотов, Громыко и шедший сзади и чуть поодаль мужчина средних лет в черном плаще с кровавым подбоем, кожаных сапогах и при шпаге.

Сомнений в личности незнакомца ни у кого не было. Поэтому дипломаты дружно вскочили и приветствовали Лукавого. Спросили при этом:

- Мессир, а что случилось? Почему наши уважаемые коллеги оказались у вас, а не там, где Свет?

- Они хорошо и плодотворно работали. Но они не заслужили Света, они заслужили Покой, который и получили.

Компания дипломатов потеснилась, троица расселась за круглым столом. Обалдевшая от такой компании буфетчица в белой наколке быстро принесла приборы и закуску.

Молотов почесал свои усы и спросил:

- Дорогие коллеги, что вы вообще чудить стали так, что Лукавый нас вместе с Андреем Громыко выволок на свет божий, да призвал вас вразумить? Причем заметьте, вразумить не просто так, а в его присутствии.

- А в чем дело, Вячеслав Михайлович? - спросил то, что без галунов, но с наградами.

- А ведь я тебя помню. Это когда я был послом в Монголии, ты меня отделал так на детском празднике, как Сталин никогда не прикладывал. Что, по стопам батюшки пошел?

- Да, Вячеслав Михайлович.

Громыко:

- Вы что натворили-то? Вы вообще Венскую конвенцию о дипсношениях от 1961 г. и дипломатическую практику изучали?

- Да что произошло-то?, - возопила троица.

- Как что?! Мало того, что со всем миром ухитрились разосраться, так как не было вообще никогда, еще и с этим, как его - обращаясь к Мессиру - Завальным? Подвальным?

- Да Навальным, сын мой, пора б запомнить...

- Во-во, учудили!

Троица напряглась, попросила разъяснений.

- Да какие тут разъяснения?, - встрял Молотов, - Шла у вас по Москве и иным городам толпа молодых отморозков, лозунги вопила. А три иностранных дипломата в строгом соответствии с диппрактикой и регламентом вне состава толпы шли по тротуару и просто наблюдали за происходящим.

Вот скажите мне, молодые люди, вы же в посольствах работали?

- Так точно!, - ответствовала троица.

- И на демонстрации тамошние, небось, шлялись?

- Конечно! А как иначе шифровку в Центр писать? На основании чего?

- Вот Андрей, - сказал Молотов, обращаясь к Громыко, - Ты же эти шифровки читал?

- Из наиболее важных стран - да.

- Ну и хоть одна из стран кого-нибудь из наших дипломатов за это persona non grata объявила?

- Нет, Вяче. Не было в мою бытность такого.

- Молодые люди, - встрял Мессир, - Вы сколь долго на службе отечеству?

- Кто как, но больше 40 лет.

- Да, - сказал Лукавый, - Срок, конечно, ничтожный. Однако же это уже большая часть вашей жизни. Вот вы сами, все такие красивые, хоть и седые, что по этому поводу думаете?

Троица переглянулась и тот, который в потертом пиджачке, старший по выпуску из МГИМО, предложил присутствующим:

- Давайте-ка накатим по полтинничку нашей огненной водички, а я пока ответ продумаю.

Накатили. Все закусили. Лукавый покачал головой и сказал:

- Не, я водку вообще не закусываю. Итак, ответ!

Троица посовещалась и выдала экспромтом:

- Ну хотели ведь как лучше, а получилось...

- А получилось, - рявкнули одновременно Молотов и Громыко, - Что тот умник, который готовил это гениальное решение, подставил: вашего Министра, Президента и всех вас.

- А почему?, - дружно спросили дипломаты.

- Ну, ребятки, если вы даже этого не понимаете, то дипломаты из вас - как из кошачьего дерьма пуля.

Вот смотрите. Нам-то оттуда, где мы постоянно пребываем, все видно. Раз уж вы считаете этого своего Над..Под..тьфу! Навального фигурой, равной Черчиллю, то высылать надо было тех представителей дипкорпуса, которые приперлись на суд. Ибо здесь они действительно сильно вышли за рамки своих полномочий.

- Пошто не выслали?, - спросил Мессир, - Почему не внесли предложение?

- Так..., - растерялась троица, - Да что от нас-то зависит, Мессир?!

- Вот всегда так, - сказал Лукавый, - Как отвечать - так я не я, лошадь не моя. И вообще, как это у вас там говорилось? Во всем виноват... ну этот, рыжий...Чубайс, что ли?

Молотов и Громыко дружно:

- Вы вообще страну-то до чего довели, бойцы внешнего фронта? Почему со всеми разругались так, что пора посольства закрывать и службу вашу ликвидировать? Вот в наши, советские времена, при диаметрально противоположном политико-экономическом строе не только нормальные отношения поддерживали со всеми, включая Америку, но и во время Великой отечественной исхитрились создать антигитлеровскую коалицию. После войны оттяпали в свой соцлагерь пол Европы.

А в 1975 году наш дорогой Леонид Ильич на подписании Хельсинкского Заключительного акта так вообще уделал американского президента фирменным поцелуем взасос, от которого бедолага чуть концы не отдал.

А что вы? Назовите сейчас хоть одного серьезного, а не смешного папуасского союзника России.

Дипломат в потрепанном пиджачке:

- Ну, я не буду говорить об Индии, Бразилии. Хотя это государства крупные и не папуасы. А Ближний Восток, а Китай?

Мессир:

- Ты, молодой человек, ваньку-то не валяй. Настанет время мне решать, куда тебя определить. Какой, на хрен, Китай?! Ну-ка давай, объясняй свою мысль.

- Я имел в виду тактику, Мессир. А со стратегией все понятно. Не может у России быть союзником страна людской, экономический и промышленный потенциал которой кратно превышает все, что есть у нас.

- Ну вот, - довольно сказала фигура в черном плаще, - Это уже речь не мальчика, но мужа. Но опять остается вопрос, что вы дальше-то делать будете?

Молотов:

- Во-во, Мессир, мало мы еще расстреливали!

- Да брось ты, Вяче! Ваши фирменные российские расстрелы всему миру известны. И ни к чему хорошему не привели. Головой надо думать, горизонты видеть, а не под ноги свои смотреть, надеясь там узреть пачку оброненных кем-то этих, как его, долларов.

За круглым столом повисла тягостная тишина. Дипломаты мрачно переглянулись, хмель из головы давно выветрился. Лукавый со своими подопечными смотрели внушительно, оценивающе и строго.

Принесли свечи, зажгли. По стенам заплясали тени других великих, работавших в этом здании. И на лицах у них ясно читался укор, недоумение и глубокое разочарование.

Мессир глубоко вздохнул, оперся двумя руками о шпагу и сказал:

- Ну что, молодые люди, будем итог подводить? Ничто еще не потеряно, пока существует на карте ваша страна, хоть и в нынешнем урезанном виде. Ничто еще не потеряно, пока Всевышний и его порождения, Иисус и я, даем возможность вам всем топтать эту бренную землю.

А посему предлагаю следующее. Даю вам последний шанс. Хватит прятаться по темным углам да закоулкам. У вас есть некий опыт. Идите и объясняйте вашим молодым коллегам, как надо работать.

И, - Лукавый направил кверху острие шпаги, - Бояться и терять вам уже нечего. Так что ступайте-ка вы к своему Министру, он с вами плоть от плоть и кровь от крови истинный дипломат, и перескажите наш сегодняшний разговор. А иначе наше общее терпение - Создателя и нас, его сыновей, - может когда-нибудь закончиться.

Троица облегченно выдохнула, переглянулась, и дружно сказала:

- Быть посему...